Вайцеховский М. Е.

Край наш Воронежский (глава о полковнике М. Е. Вайцеховском)

Михаил Емельянович Вайцеховский (2 апреля 1896, деревня Денисенки, Витебская губерния — 23 февраля 1942, Воронеж) — гвардии полковник, командир Воронежского добровольческого коммунистического полка.
Участвовал в Первой мировой войне. За храбрость, проявленную в боях, был награждён именным пистолетом от Николая II с надписью «Доблестнейшему из моих сынов. Николай».
С 1918 г . — в Красной Армии. В Гражданскую войну командовал ротой, отрядом, был начальником штаба, командиром полка, бригады. Награждён именным пистолетом от Климента Ворошилова. Трижды был награждён орденом Красного Знамени и представлен к четвёртому, но вместо награды был приговорён к расстрелу за то, что на плацу высек замполита плёткой. Расстрел заменили практически ссылкой — в Дальневосточный военный округ.
В 1939 году был демобилизован по болезни. Жил с семьёй в Воронеже, в Больничном переулке (ныне улица Вайцеховского); руководил строительной конторой металлоконструкций.
С июля 1941 г. — заместитель командира дивизии народного ополчения. В июле — августе 1941 года руководил созданием полка народного ополчения в Воронеже. Воронежский добровольческий коммунистический полк был сформирован 21 августа (в Первомайском саду), его командиром был назначен полковник М. Е. Вайцеховский. В составе 1-й ордена Ленина гвардейской стрелковой дивизии полк прошёл боевой путь от Воронежа до Вены. Во второй половине сентября 1941 года полк уже находился на боевых позициях в Сумской области. После разгрома немцев под Москвой полк, наступая в передовых рядах дивизии, продвинулся вперед на 160 километров, освободив от фашистов сотни сел и городов.
В конце февраля 1942 года полк вёл тяжёлые бои на территории Курской (теперь Белгородской) области. Особенно жестокие бои развернулись у села Лески. Фашисты заняли господствующую над местностью высоту, попытки выбить их не увенчались успехом, батальоны полка несли большие потери. 22 февраля 1942 г. М. Вайцеховский решил возглавить атаку 1-го батальона на высоту. Когда он подходил к расположению батальона, был тяжело ранен разорвавшейся около него немецкой миной, на следующий день умер в госпитале. А полк поднялся в атаку и выбил фашистов из села Лески. Полковник Вайцеховский ещё до боя за село должен был убыть на новую должность (командира 81-й стрелковой дивизии, вместо погибшего 18 февраля генерал-майора В. С. Смирнова), но упросил начальство повременить с отъездом до решающего боя за село.
Похоронен в Воронеже в воинском некрополе, находящемся в детском парке «Орлёнок», рядом с могилами генерал-лейтенанта П. С. Пшенникова и генерал-майора В. С. Смирнова.

«Слово о командире» Н. В. Литвинов командир взвода

Есть в Детском парке скромная могила. В ней легендарный Вайцеховский спит…   Каждый воронежец знает могилу в Детском парке, над которой возвышается скульптурный портрет человека с волевым лицом воина. Под сенью вековых вязов вечным сном спит герой гражданской и Великой Отечественной войн, командир Воронежского добровольческого полка Михаил Емельянович Вайцеховский. В Воронеже он работал до войны, из Воронежа повел в бой земляков-добровольцев, в Воронеж вернулся, чтобы остаться в нем навсегда… В немом скульптурном изваянии он стал неотъемлемой частью города. Он остается среди горожан в названии улицы, на которой когда-то жил. Он живет в имени пионерской дружины школы-интерната № 2, в имени десятков пионерских отрядов. Он живет в памяти людей.   Имя Вайцеховского, его мужественный образ особенно дороги ветеранам- добровольцам. Дважды в год — 23 февраля и 9 мая — они приходят в Детский парк, чтобы поклониться праху своего боевого командира, возложить на его могилу цветы, молча постоять в почетном карауле. Ветераны полка бывают у могилы Вайцеховского и в обычные дни: один приехал в Воронеж по делам и выбрал время, чтобы навестить своего командира, другой шел мимо и не смог не свернуть сюда.  Вайцеховского мы полюбили с первых дней пребывания в полку. Опытный, требовательный и заботливый командир, он был душевным человеком, с которым можно было поговорить о самом дорогом, сокровенном, В боевой обстановке мы воочию убедились в личной храбрости Михаила Емельяновича, в его умении находить правильный выход из трудных положений и еще больше привязались к своему командиру. Он был для нас образцом мужества и воинского умения, мы старались подражать ему, действовать на поле боя так, чтобы заслужить его похвалу…   Печальную весть о гибели Вайцеховского я услышал в полевом госпитале в Грибановке, где лежал после второго ранения. Вместе со мной находились на излечении и другие добровольцы-однополчане. Был День Красной Армии. Вечером в госпитале состоялся концерт художественной самодеятельности. Выступали медицинские сестры, врачи, выздоравливающие раненые. Было празднично, оживленно, весело.   И вдруг по госпиталю прошел слух о гибели Вайцеховского. Ему никто не хотел верить:   — Не может быть!   — Такой командир не погибнет!   — Скорее всего, кто-то что-то напутал!   Но слух оказался верным. В бою за хорошо знакомое нам село Лески севернее Белгорода Михаил Емельянович был смертельно ранен и через сутки скончался. Скончался в расцвете сил на сорок шестом году жизни…   Родился Вайцеховский в белорусской деревне Денисенке. Ему еще не было года, когда он лишился отца. Мать батрачила у помещиков Лисовских, и ребенка взяла на воспитание бабушка. Когда Миша немного подрос, он стал подпаском, и вместе с дедушкой Казимиром пас господских коров.   К двенадцати годам Миша, пять лет проработал подпаском, успешно окончил церковную школу. Мальчику хотелось учиться дальше. Но средств для учебы не было. Заботливая бабушка брала у местного учителя и денисенковского фельдшера книги, приносила их внуку. Миша много читал. Потом бабушка съездила к дальним родственникам в Витебск, и вскоре Миша перебрался в город. Он стал «мальчиком по дому» — нянькой, прислугой, рабочим, человеком на побегушках. Что ж, батрачить ему не впервой. Зато теперь можно посещать реальное училище. Уроки он делал поздним вечером и ночью, когда в доме все спали.   Но вот трудное время позади. Реальное училище окончено, Вайцеховский поступил работать в управление железной дороги.   Когда началась империалистическая война, Вайцеховского отправили на Западный фронт. Два года окопной жизни помогли ему понять антинародную сущность войны, разобраться в том, кто является настоящим врагом отечества и трудового народа, и избрать путь борьбы за свободу обездоленных. Он стал одним из тех, кто нес солдатам большевистскую правду. В бурные дни октября солдаты избрали Вайцеховского командиром пулеметной роты и членом полкового комитета. А потом начались дороги гражданской войны. Молодой и энергичный командир водил красноармейцев в атаки на беляков и на Урале, и под Царицыном, и на Северном Кавказе. Отважно боролся он с басмачами в Средней Азии. Личная храбрость и полководческое умение красного командира Вайцеховскогобыли отмечены двумя орденами Красного Знамени.   В 1939 году Михаил Емельянович по состоянию здоровья уволился из рядов Красной Армии и поселился в Воронеже. Но в первый же день войны коммунист полковник Вайцеховский заявил о своем желании снова вернуться в армейские ряды, Он был назначен заместителем командира Воронежской дивизии народного ополчения, а через некоторое время возглавил добровольческий коммунистический полк.   В последний раз я видел Вайцеховского в бою за село Коровницы. Он прибыл в наш батальон в самый критический момент, когда фашисты атаковали село густыми цепями пехоты при поддержке трех танкеток.   — Не робеть и не суетиться, — учил командир полка бойцов. — Подпускайте врагов ближе и бейте наверняка. Победу одержит тот, у кого крепче нервы.   Да, нервы… На первых порах не всем удавалось сдерживать себя. Но у нас перед глазами всегда был пример, достойный подражания. Вайцеховский даже в самые трудные минуты боя оставался хладнокровным, рассудительным, спокойным. Ом был полным хозяином на поле боя и учил этому нас.   Появление командира полка, его твердые распоряжения, его спокойствие помогли нам обрести уверенность в том, что враг не пройдет.   Еще насколько минут назад мы изрядно переволновались, когда над нашими позициями появилась «рама». Красноармейцы прижались к земле, боясь шевельнться, чтобы не обнаружить себя. Мы счи, что фашистский разведчик только тем и занят, что высматривает, где окопался тот или иной боец, чтобы потом обрушить на него бомбы. И когда кто-то несмело предложил «пальнуть» по самолету из десятизарядки, на него зашикали:   — Ты что, сдурел? Сразу обнаружим себя.   И вот самолет снова над нами. Но теперь мы уже не зарываемся носами в землю, спокойно рассматриваем фашиста. А красноармеец Прозоров, бывший наборщик типографии «Коммуна», уже приспосабливает свою десятизарядку, чтобы открыть огонь.   Едва «рама» улетела, как на нашей позиции начали рваться немецкие мины. Потом фашисты пошли в атаку. Они шли в рост, стреляя на ходу из автоматов. Лязгая гусеницами и изрыгая огонь, ползли на Коровницы танкетки. Как и раньше, при виде атакующего врага страх закрадывался в душу. Но мы держали себя в руках, терпеливо ждали удобного момента для открытия огня.   Прозвучала долгожданная команда. Рота обрушила на гитлеровцев залповый огонь. Заговорила пулеметы и десятизарядки справа и слева от нас. Страх забыт. Красноармейцы спокойно выбирали цели и стреляли.   — Одна накрылась!   Голос был звонким и радостным. Это красноармеец Лихачев сообщил, что одна из танкеток подбита. Она остановилась, накренившись на левый бок, и прекратила стрельбу.   Под дружным огнем воронежцев вражеская пехота залегла. Остановились в лощине и две другие танкетки. Атака фашистов была отбита.   За низким логом, где залег враг, примерно в километре от наших позиций виднелась небольшая деревушка. Домики ее располагались на взгорье цепочкой в один ряд. Слева на окраине возвышалась ветряная мельница. Там, у мельницы, и возникла вдруг стрельба.   — Кажется, там наши?   Я взял бинокль. В тылу врага действовало подразделение воронежцев. Оно закрепилось у мельницы и теперь отбивало атаку гитлеровцев. Надо было поддержать земляков огнем. Мы ударили фашистам в спину. В бинокль было хорошо видно, как немецкие солдаты стаскивали за бугор своих убитых и раненых.   Чем закончился бой у мельницы, мы так и не узнали. Наши позиции вновь подверглись интенсивному минометному обстрелу. Подтянув свежие силы, фашисты бросились в новую атаку. Когда враги приблизились на сотню метров, справа застрочил «максим». Затарахтели и наши самозарядки. Оставляя на равнине убитых и раненых, уцелевшие гитлеровцы стали отползать назад.   Во второй половине дня фашисты предприняли еще одну попытку овладеть Коровницами. И снова их постигла неудача.   До вечера сдерживали мы бешеный натиск озверевшего от неудач противника. Потом отошли в глубь села и продолжали сражаться. В этом бою я получил осколочное ранение в левое плечо и вскоре оказался в грибановском госпитале.   От раненых однополчан, которые время от времени прибывали в Грибановку на лечение, я узнавал о ратных делах земляков, о погибших товарищах… И все с восхищением говорили о Вайцеховском. Припоминая свои встречи с командиром на поле боя или на марше, бойцы рассказывали о его человечности, смелости, мужестве. Михаил Емельянович был из тех, о ком складываются легенды еще при жизни…

 

 

Комментарии закрыты.

База документов Обмен учебными документами.